Ночью 20 февраля в московском спорткомплексе ЦСКА произошло ЧП, которое потрясло весь мир фигурного катания. Обрушилась крыша тренировочного катка — той самой арены, которую многие внутри фигурного сообщества считали легендарной. Здесь годами шлифовали свои программы Марк Кондратюк, Александр Самарин, Александра Трусова, Аделина Сотникова и целая плеяда других ведущих фигуристов страны. Для многих спортсменов этот каток был не просто местом работы, а вторым домом, и потеря льда прямо в разгар сезона стала настоящим ударом.
На арене до недавнего времени продолжали вести группы такие известные тренеры, как Елена Буянова, Анна Царева и Екатерина Моисеева. Их ученики буквально жили в этом пространстве: отработанные до автоматизма раскаты, привычные углы захода на прыжки, отточенные маршруты связок по диагонали — всё это формировалось годами. Внезапное закрытие катка после обрушения крыши поставило под вопрос не только привычный график, но и стабильность результатов спортсменов.
Молодёжи адаптироваться оказалось чуть проще. Юниорка София Дзепка в сжатые сроки переехала на новый каток и сумела не просто сохранить форму, но и выиграть финал юниорского Гран-при. Однако взрослым фигуристкам, работающим с гораздо более сложными программами и высокой ответственностью за результат, пришлось тяжело. Мария Елисова и Мария Захарова, выступающие на взрослом уровне, на этот раз остались без наград, хотя еще недавно рассматривались как реальные претендентки на пьедестал.
Мария Елисова признаётся, что сама ситуация кардинально изменила привычный ход подготовки и психологический настрой:
«Подготовка однозначно стала тяжелее. Мы очень долго катались на одном и том же льду, знали его буквально на ощупь, понимали, как он ведёт себя в разное время дня. А тут — новый каток, непривычное покрытие, другая атмосфера. Плюс то льда мало, то людей на нём слишком много. Приходилось подстраиваться под расписание, делить пространство. В идеале, конечно, хочешь стабильности, но получилось как получилось».
Для фигуриста «свой» лёд — не абстрактное понятие. Разная жёсткость и толщина льда, температура, освещение, даже расстояние до бортиков могут влиять на качество прыжков и вращений. Если элементы изначально настроены под одни условия, переход в другую среду способен выбить из ритма. В случае с ЦСКА эта перестройка произошла резко и в момент, когда спортсменам нужно было показывать пик формы, а не экспериментировать с адаптацией.
Мария Захарова, бронзовый призёр чемпионата России‑2026, высказалась ещё жёстче, подчёркивая, что столкнулась с настоящим хаосом в тренировочном процессе:
«Стало гораздо сложнее из-за того, что нас оказалось очень много на одном льду. Одновременно выпускали сразу несколько групп, все пытались хоть как-то успеть отработать свои элементы. В итоге получалась полная каша: ни спокойно проехать программу, ни нормально подготовиться. Есть ребята, которые на льду никого вокруг не замечают — каждый спасает свою тренировку как может. Плюс время на льду урезали почти в два раза. Это очень сильно выбивает, потому что ты привык к одному объёму работы, а тут надо втиснуть всё в половину привычного».
По словам Захаровой, особенно тяжело было перестраиваться ментально. Спортсмен живёт в режиме чёткого планирования: известно, когда разминка, когда прыжковая работа, когда прогон программ. Когда график ломается, растёт риск ошибок, усиливается внутренняя тревога, появляются сомнения в собственной готовности. Но сама фигуристка признаёт, что в такой ситуации важно сохранять профессионализм:
«С другой стороны, мы должны быть готовы ко всему. Спорт не про комфорт, а про умение выдать максимум в любых условиях. Да, это выбило из колеи, но выбора нет — надо учиться адаптироваться».
Тренеры также пережили произошедшее крайне тяжело. Для них каток ЦСКА — это многолетняя история, династии спортсменов и личный вклад в развитие фигурного катания. Елена Буянова подчёркивала, что трагедии удалось избежать буквально чудом: обрушение произошло ночью, когда на льду никого не было. Если бы это случилось днём, последствия могли бы быть страшными.
Руководство клуба и специалисты ожидают результатов технической экспертизы, которая должна дать ответ на главный вопрос: возможно ли восстановление арены и в какие сроки. Для фигуристов это не просто вопрос удобства — от него зависит, где и как они будут строить следующую часть своей карьеры. Каток ЦСКА — место, где выросли олимпийские чемпионы, чемпионы Европы и мира, и все, кто связан с этим льдом, надеются, что объект не только отремонтируют, но и сохранят его спортивное наследие.
Пока же жизнь продолжается в режиме временных решений. Группы разбросаны по разным аренам, расписание постоянно корректируется. Для спортсмена это означает больше времени в дороге, меньше — непосредственно на льду. Кто-то вынужден вставать раньше, чтобы успеть через весь город к утренней тренировке, а затем возвращаться на вечернюю в другое место. Усталость накапливается быстрее, а восстановление даётся сложнее, особенно в плотном соревновательном календаре.
Для фигуристок уровня Елисовой и Захаровой подобные сбои могут повлиять на исход всего сезона. Взрослые программы насыщены сложнейшими прыжковыми каскадами, многооборотными вращениями, сложной дорожкой шагов. Всё это требует стабильной подводки формы, чёткого циклирования нагрузок. Когда в этот процесс вмешивается форс-мажор, возрастает риск травм — прежде всего из-за попыток «догнать» упущенное в сжатые сроки. Поэтому тренерам приходится искать баланс между необходимостью сохранить форму и разумным снижением нагрузки в условиях дефицита льда.
Отдельная проблема — психологическое состояние спортсменок. Для многих этот каток ассоциировался с первыми победами, важными соревнованиями, личными прорывами. Возвращение на знакомый лёд перед ответственным стартом часто помогало почувствовать уверенность, вернуться в «своё» состояние. Теперь же девушкам приходится искать опору внутри себя и в команде, а не в привычном окружении. В таких ситуациях особенно велика роль тренера и психолога: важно не допустить, чтобы временные неудачи превратились в затяжной кризис.
Тем не менее история показывает: именно в сложные периоды нередко закаляется чемпионский характер. Те, кто сумеет перестроиться и использовать этот кризис как опыт, могут выйти из него более устойчивыми, зрелыми и независимыми от внешних условий. И для Марии Елисовой, и для Марии Захаровой нынешний сезон может стать экзаменом не только на спортивное мастерство, но и на умение сохранять себя в нестабильной обстановке.
Фигурное катание, как и любой большой спорт, всегда балансирует между красотой и риском. Обрушение крыши катка ЦСКА напомнило, насколько уязвима инфраструктура, от которой зависят судьбы десятков спортсменов. Сегодня перед федерациями, клубами и руководством стоит задача не только восстановить конкретную арену, но и серьёзно задуматься о безопасности и состоянии спортивных объектов в целом. Ведь за каждым листом льда — годы труда, мечты и здоровье людей, которые выходят на него каждый день.
Пока эксперты разбираются с причинами происшествия, фигуристки продолжают делать то, что умеют лучше всего: работать. Они выходят на незнакомый лёд, адаптируют заходы на прыжки, подстраивают программы под новые условия и стараются не терять веру в то, что скоро вернутся к нормальному тренировочному режиму. А болельщикам остаётся ждать их новых прокатов и надеяться, что эта тяжёлая история завершится не только восстановлением стен и крыши, но и новыми победами тех, кто пережил этот кризис на собственном опыте.