Команда Евгения Плющенко и Яны Рудковской в новогодние каникулы выдала настоящий ледовый марафон: зрителям почти без пауз предлагают три крупные постановки. В конце декабря на афишах главной новинкой значилась «Белоснежка», в первые числа января обновленным составом вышел «Щелкунчик», а с пятого числа вновь вернулась на лед «Спящая красавица». Именно эту сказку особенно интересно разбирать: она работает сразу на двух уровнях — как семейный праздник для широкой аудитории и как тонкая игра смыслов для тех, кто глубоко погружен в мир фигурного катания.
Если смотреть «Спящую красавицу» глазами зрителя, который просто ищет красивое новогоднее шоу, постановка попадает точно в цель. Звучит бессмертная музыка Петра Чайковского, история знакома с детства, поэтому не нужно вчитываться в либретто или вслушиваться в закадровый текст — сюжет считывается моментально. Самая впечатляющая часть для неподготовленной публики — картинка: роскошные костюмы, тщательно продуманная палитра, чтобы персонажей можно было без труда различить даже с последних рядов, и динамичные массовые сцены, где лед постоянно живет и движется.
По визуальной части видно, что в проект вложены немалые средства и усилия. Костюмы продуманы под конкретных фигуристов: линии кроя выгодно подчеркивают прыжки и вращения, декор не мешает технике, а наоборот подыгрывает ей в полете и вращении. Цветовые блоки в массовых сценах работают как навигатор для глаз зрителя: герой и антагонист никогда не «теряются» в толпе, даже когда на льду одновременно десятки человек.
Однако премьера на московской Live Арене показала и оборотную сторону масштабности. Этот зал изначально не проектировался как площадка для ледовых шоу: размер поля меньше привычного, а качество покрытия отличается от стадионов, где фигуристы тренируются и выступают чаще всего. На таком льду сложно разогнаться, иначе чувствуется скольжение, по-другому закладываются дуги заходов на прыжки. Неудивительно, что в первый показ было немало срывов: заявленные ультра-си нередко превращались в «бабочки», когда фигурист, заходя на сложный прыжок, в последний момент делает лишь одинарное вращение или вовсе срывает элемент.
Самый драматичный эпизод вечера случился в массовой поддержке с участием Анны Щербаковой и команды синхронного катания. Олимпийская чемпионка, поднятая высоко над льдом, упала примерно с двухметровой высоты, и вместе с ней пострадала еще одна фигуристка, участвовавшая в поддержке. В зале на секунду повисла тяжелая тишина: зритель всегда остро реагирует, когда с «фантазийной» картинки вдруг срывается реальность опасности.
Позже Яна Рудковская открыто объяснила, что пошло не так. По ее словам, синхронистки неверно взяли Анну в поддержку, плюс свою роль сыграли отличия льда. Щербакова только что выступала на большой арене с полноценным катком, а на переносной площадке другая длина и ширина, иной разгон, прыжки ощущаются иначе, да и качество льда заметно отличается. К этому нужно привыкнуть, и не только Анне — в тот вечер у многих фигуристов что-то не получалось, особенно элементы, требующие скорости и уверенного заезда.
При этом в целом постановка выдержала испытание непростыми условиями. По режиссуре хорошо видно, что шоу серьезно дорабатывали: сцены боя и столкновений стали понятнее, в кордебалете исчезла хаотичность, движения выверены и слажены, даже если лед не идеален. Стало меньше наигранной театрализации и жестов «в никуда» — вместо это́го хореография органично вплетена в катание, не споря с ним, а усиливая.
Отдельный подарок публике — сольный номер Евгения Плющенко в финале. Формально он не вписывается в канву сказки и никак не двигает сюжет, но служит эмоциональной точкой спектакля. На льду выходит легенда, и даже без сверхсложных элементов простая линия скольжения и фирменная подача превращают номер в концентрат ностальгии и уважения к прошлым спортивным победам.
Для поклонников фигурного катания «Спящая красавица» раскрывается совсем иначе — как собрание звезд нескольких поколений в одном пространстве. Плющенко исполняет роль Короля, а его королевой становится Евгения Медведева. Хотя по драматургии это второстепенные персонажи, им выделено достаточно времени, чтобы проявить себя: у Медведевой есть сольный выход и несколько сцен, где она не просто присутствует, а ведет эпизод.
Особый интерес вызывает дуэт Анны Щербаковой и Александры Игнатовой (Трусовой), которые по сюжету оказываются по разные стороны добра и зла. В их совместных выходах чувствуется напряжение: конфликт прописан не только в мизансценах, но и в хореографии. Фигуристки точно передают характеры своих героинь — мягкость и свет против бунтарской силы и мрака. Для зрителя, знакомого с их реальной спортивной историей, в этих столкновениях считываются дополнительные смыслы: соперничество эпохи Олимпиады, разные стили катания, разные пути в карьере.
Дмитрию Алиеву досталась более скромная роль, но даже в рамках ограниченного экранного времени он не остается незамеченным. Его фирменное сальто на льду — тот трюк, который публика ждет и всегда встречает отдельными аплодисментами. А главное — катание Алиева сохраняет свой «вау-эффект», когда даже без четверных зритель чувствует, насколько он силен технически и артистически.
Самая обсуждаемая фигура шоу — Елена Костылева. Еще недавно она официально тренировалась в группе «Ангелов Плющенко», а теперь перешла к Софье Федченко. При таких переходах участие в проектах бывших наставников обычно становится под вопросом, но в «Спящей красавице» Костылева не только сохранила главную роль, но и выглядела очень уверенно. Ее прокаты оказались цельными, без провалов и заметных срывов — особенно на фоне сложного льда.
Экстра-интригу добавляют сцены, где Елена взаимодействует с Александром Плющенко. Теперь, когда их пути в тренировочном процессе разошлись, каждый взгляд, каждое совместное движение на льду считывается чуть тоньше. Зрители невольно ищут намеки: есть ли напряжение, неловкость, или, напротив, полное профессиональное принятие. Внешне все выглядит корректно и рабоче: партнерство выстроено грамотно, а в сложных элементах чувствуется доверие.
Во время объявлений Яна Рудковская подчеркнуто тепло говорила о Костылевой, отдельно похвалив ее элементы и артистизм, как будто подчеркивая: в этом проекте она по-прежнему своя. Это важный сигнал для рынка: шоу Плющенко остаются открытой площадкой даже для тех, кто меняет тренерские штабы, если фигурист способен дать качественный продукт и выдержать высокий уровень ответственности.
«Спящая красавица» выигрывает еще и тем, что балансирует между классическим сюжетом и современной подачей. Создатели не пытаются полностью «перепридумать» сказку, но и не застревают в академичности: есть легкие шутки, немного иронии, динамичные сцены боя и ярко обозначенное противостояние сил добра и зла. Такой микс позволяет удержать внимание и детей, и взрослых: дети следят за картинкой и понятным конфликтом, взрослые — за деталями хореографии, актерской игры и подтекстами, связанными с реальной карьерой фигуристов.
Важно и то, что шоу демонстрирует: российское ледовое искусство уже давно вышло за рамки привычных «катаний под музыку». В «Спящей красавице» видно, как хореографы работают с драматургией: массовые сцены не служат просто фоном, они продвигают действие, создают атмосферу дворца, леса, колдовства. Синхронное катание включено не как украшение, а как полноценный инструмент рассказа истории — правда, именно в этом звене и случился самый заметный технический сбой с падением Щербаковой.
Техническая сторона тоже заслуживает отдельного разговора. Переход фигуристов с больших арен на переносной лед — это не только вопрос привычки, но и серьезный стресс для тела. Другая длина дуг, иной отскок лезвий, непривычная глубина заходов — все это повышает риск ошибок. Для зрителя падение — секундный эпизод, но для спортсмена — сочетание объективных факторов и необходимости быстро адаптироваться. В этом смысле первый показ «Спящей красавицы» стал для труппы чем-то вроде генеральной репетиции в боевых условиях.
При этом уже в рамках одного спектакля было видно, насколько выручает опыт. Тот же Плющенко, Медведева или Алиев даже в сложных условиях сохраняют контроль и не «проваливаются» эмоционально после неточностей. Для молодых фигуристов, вроде Костылевой, участие в таком шоу — серьезная школа: нужно одновременно держать планку сложности и постоянно работать на зрителя, не теряя образа ни на секунду.
С точки зрения зрительского опыта «Спящая красавица» — редкий пример постановки, которая одинаково хорошо заходит тем, кто вообще не различает четверные прыжки, и тем, кто может по шагам разобрать каждый выход. Для одних это красивая новогодняя сказка с ярким светом и музыкой Чайковского, для других — живой срез современного фигурного катания со всеми его историями переходов, амбиций и характеров.
В итоге можно сказать, что шоу уверенно занимает свою нишу на рынке ледовых постановок. Это не экспериментальный арт-проект и не дешёвый аттракцион, а продуманный коммерческий продукт с высоким уровнем исполнения. Но особенно интересно его смотреть тем, кто знает, кто такая Щербакова, через что прошла Трусова, почему так важен выход Костылевой и какое значение имеют даже краткие появления Медведевой и Алиева. Для них каждая сцена становится чуть глубже, а каждый элемент — не просто частью сказки, а продолжением большой истории фигурного катания.